e-mail
Орден Восточных Тамплиеров - Ordo Templi Orientis back

Рассылка новостей



Телема в Рунете
Живой Журнал: Телемское Аббатство в России В Контакте: Колледж 'Телема-93'
































hosted by .masterhost
Всё о развитии человека и самопознании

Яндекс.Метрика

Rambler's Top100

Алистер Кроули: знакомые из России

Из книги Ричарда Качинского «Пердурабо»:

Лесные поляны Фонтенбло, столь милые сердцу Алистера Кроули, привлекали и других мистиков, в том числе — влиятельного греко-американского мистического философа Георгия Ивановича Гурджиева (1866? — 1949) и его ученика Петра Демьяновича Успенского (1878—1947). Свое учение Гурджиев называл «Четвертым путем»: в основе его лежало одновременное развитие тела, разума и эмоций с целью духовного пробуждения. Полагая, что групповая работа эффективнее одиночной, он стремился создать школу Четвертого пути и в октябре 1922 года основал Институт гармонического развития человека в поместье Приэре около Фонтебло. После того, как во время визита в этот институт умерла от туберкулеза писательница Кэтрин Мэнсфилд, Гурджиева несправедливо прозвали «человеком, который убил Кэтрин Мэнсфилд», — иными словами, он оказался в ситуации, схожей с той, в которую Кроули попал из-за гибели Рауля Лавдея.
Кроули посетил Гурджиева 10 февраля 1924 года, но, не застав учителя на месте, удовольствовался бодрящим обедом с его первым помощником — майором Франком Пиндером, бывшим офицером британской разведки. Сочтя Пиндера «чертовски славным малым», Кроули оставил об этом визите запись в своем дневнике:

Гурджиев, их пророк, похоже, человек что надо. Здравого смысла и прозорливости у него столько, сколько мне пришлось копить не один год. Обед с Пиндером — в семь-тридцать. Оракул на вопрос о моем визите ответил: «Людей немного; но этого довольно». И верно, чудесный вечер с Пиндером. Гурджиев — несомненно адепт очень высокого уровня. Основное, о чем пришлось поспорить, — это секс (сомневаюсь, что Пиндер понимает истинную позицию Гурджиева по этому вопросу) и наказания, когда, например, нарушителя лишают пищи или заставляют стоять полчаса с протянутыми руками. Очень по-детски и бесполезно с нравственной точки зрения.

Через несколько лет Кроули познакомится с учеником Гурджиева Стенли Ноттом (1887—1978) и при его посредничестве наконец встретится с самим Гурджиевым. Нотт рассказывал об этой встрече, что Кроули потчевал Гурджиева какими-то мальчишескими сказками о том, как учит своего сына быть сущим дьяволом, а Гурджиев внимательно за ним наблюдал. По версии Йорка, «они принюхивались друг к другу, как собаки». Еще одну, более красочную версию, приводит Уэбб: в воскресенье вечером, когда Кроули собрался уезжать, Гурджиев стал подниматься по лестнице на второй этаж, но на середине пролета остановился, обернулся и спросил: «Вы уже уходите, мистер?» Кроули, уже направлявшийся к двери, тоже обернулся и подтвердил, что, да, он действительно уже уходит. «До сих пор вы были моим гостем? — уточнил Гурджиев. — А теперь больше не гость?» Кроули ответил утвердительно на оба вопроса. И тогда Гурджиев, освобожденный от уз гостеприимства, побагровел от ярости, которую копил в себе и сдерживал все выходные, и выкрикнул: «Вы — грязный негодяй! У вас внутри — одна гниль! Чтобы ноги вашей больше не было в моем доме!» Выслушав эту истерическую тираду, Кроули озадаченно пожал плечами и ушел. Однако этот эпизод не упоминается ни в дневниках и письмах Кроули, ни в бумагах Гурджиева. <…>

Среди Багряных жен Кроули была и наша соотечественница — Мария Лаврова. Об Олун (Марии Лавровой) Кроули пишет в своей «Исповеди», наряду с двумя другими женщинами, общение с которыми он рассматривал в контексте своих посвятительных испытаний. В 85-ой главе он рассказывает: «…были три женщины, символически представленные в образе трех скорпионов — обитателей метафорической пустыни, которую я пересекал в своем мистическом путешествии. До сих пор не знаю, обошелся ли я с этими женщинами именно так, как следовало. Одна из них — Ева Тангуэй, великолепная артистка, которую я воспел в апрельском номере “Интернейшнл”, другая [Мария Лаврова-Рёлинг (Олун)] — замужняя женщина, русская аристократка в эмиграции, а третья [Дороти Троксель] — дева, которой Волшебник [Амалантра] дал имя “Весрун”. Это имя можно записать двумя способами: один дает в сумме 333, число Хоронзона — Рассеяния, Бессилия и Смерти; другой — 888, число Искупления. Мне казалось, моя задача — спасти ее, как Парсифаль спас Кундри. Но, как уже было сказано, я не уверен, что не потерпел поражение со всеми этими тремя женщинами. Боюсь, я так и не смог довериться Волшебнику в полной мере и в результате, возможно, совершил “великую ошибку”, временно нарушившую весь ход моей работы».

Также имя Олун встречается в «Книги Алеф» — в 109-ой главе «Книги Алеф» «О Жене его Олун и об Экстазе, превосходящем Всё»: «То, что я претерпеваю, — это великая Тайна, Тайна, нестерпимая для смертной Части моей. Ибо — вот, я выкрикнул Имя Олун, тайное Имя моей Госпожи, пришедшей ко мне (и весьма необычным путем!), и тотчас же был вознесен, тонко, но неудержимо, в некий Транс», в 110-ой главе «Об имени “Олун”»: «после многих Расспросов я получил от Волшебника Амалантры это Имя, «Олун», Число коего — Сто Пятьдесят Шесть, как и Число Имени Владычицы Нашей БАБАЛОН», в 122-ой главе «Об Игре Его Госпожи»: «И есть одно искусное Магическое Средство, о котором я скажу тебе, хоть оно и опасно для тех, кто не утвердился в той Истине и в том Блаженном Видении, о которых я говорил в трех предыдущих Главах. Состоит же это Средство в том, чтобы искусственно вызвать в себе Разлад, дабы затем насладиться его Примирением. Этой Игрой владеет твоя милая Мачеха, Наложница моя, Святая и Прелюбодейная Олун, благородная Госпожа; ибо Силой Воображения своего она созидает тысячи Препятствий на Пути Любви, дабы трепетать от Прикосновения, лишаться чувств от Поцелуя и претерпевать Смерть и Ад в Экстазе Тела своего. И в этом — ее Искусство; исходит же оно от Нуит, Владычицы Нашей, ибо оно есть Драма, или Ритуал, повторяющий всю Мистерию Становления» и в некоторых других местах.

Из книги Ричарда Качинского «Пердурабо»:

…Второй была Мария Лаврова, в замужестве Рёлинг (р. 1891), русская эмигрантка родом из Одессы, принявшая американское гражданство 17 апреля 1913 и вышедшая замуж за Германа Рёлинга из Чикаго. Она проживала в Чикаго с мужем, но ездила по стране с лекциями о России. Во время одного из таких туров Мария и познакомилась с Кроули. 23 мая 1917 года она выступила в Чикаго перед представителями 125 женских организаций с докладом о положении в России до и после введения сухого закона: «Без сухого закона революция бы не состоялась никогда. Наших крестьян приохотили к дурману. Лишившись его, они стали мыслить более ясно. России потребовалось сорок лет, чтобы начать настоящую революцию, но когда она, наконец, началась, все стало хорошо». Затем Лаврова выступила в женском колледже Милуоки-Даунер с лекцией о положении женщин в России, а 10 марта 1908 года — на собрании Общества культуры и этики в Филадельфии. Она была эффектной женщиной: ростом пять футов и шесть с половиной дюймов (около 170 см), с серыми глазами, темно-каштановыми волосами и чистым, светлым лицом. Ее магическое имя, «Олун», было заимствовано из платоновского диалога «Тимей», где этим словом обозначается «совершенное целое», которое Кроули ассоциировал с Нуит, Владычицей Звезд. Вскоре после знакомства с Кроули Мария Лаврова стала его очередной Багряной Женой. Кроули обратил внимание, что имена «Olun» и «Marie» (Мария) дают в сумме одно и то же число — 156, число Бабалон. Мария-Олун неоднократно упоминается в «Liber Aleph». 22 марта Кроули занялся сексуальной магией одновременно с Олун и Родди Майнор, чтобы излечить первую от «комплекса греховности», а вторую — от ревности. Однако, по собственным его словам, Олун «вскоре выбыла из этого неравного состязания». Тридцатью годами позже, при переиздании своих воспоминаний о России («Ярмарочные забавы»), Кроули упомянет ее имя в числе других, кому он решил посвятить эту книгу.

© Перевод: Анна Блейз, 2012