Три книги Оккультной Философии

Генрих Корнелий Агриппа

Книга Первая

Глава 58. Об оживлении мертвых, о затяжном сне и воздержании от пищи.

Арабские философы сходятся в том, что некоторые люди способны подниматься выше своих телесных и чувственных способностей, достигая небесного совершенства и обретая силу божественных разумов[1]. Итак, поскольку души всех людей вечны, а совершенным душам повинуются все духи, маги полагают, что совершенный человек силою собственной души способен восстановить свое умирающее тело вкупе с другими, низшими душами, от него отделившимися, и снова вдохнуть в него жизнь, — подобно тому, как ласка (mustela), уже испустившая дух, возвращается к жизни, услышав голос своего родителя, а лев воскрешает своего умершего детеныша, подышав на него.

Как говорят, подобное всегда стремится к подобному, ибо природа того и другого сходна; а всякая претерпевающая вещь (patiens), принимая в себя влияние вещи воздействующей (agentis), приобщается к природе этой воздействующей вещи и становится сродственна ей. Поэтому полагают, что оживлению такого рода немало способствуют особые растения и магические снадобья (confectiones), приготовленные, как говорят, из пепла феникса (cinere phoenicis) и сброшенной змеиной шкуры (serpentum exuviis). Многим [подобные рассказы] кажутся выдуманными или вовсе невероятными, за исключением тех, правдивость которых подтверждена историей.

В книгах говорится о многих людях, которые утонули в воде, или же были преданы огню или погребальному костру, или погибли на войне либо как-то иначе, но по прошествии многих дней воскресали. Так, Плиний пишет о консуляре Авиоле, о Л. Ламии, Г. Элии Тубероне, Корфидии, Габиене и многих других[2]. Схожим образом, в баснях Эзопа мы читаем, что Тиндарей, Геркулес, а также Палики, сыновья Юпитера и Талии, умерли, но были воскрешены[3]. Как показывает история, немало было и тех, кого вернули к жизни маги и врачеватели, подобные Асклепию. А выше уже говорилось о том, что писали Юба, Ксанф и Филострат о человеке по имени Тиллон, о некоем арабе и об Аполлонии Тианском[4].

Пишут также о некоем Главке, который умер, казалось, непоправимо, но тут подоспел врач и будто бы вернул его к жизни при помощи растения под названием «дракон» (draconem). Другие же утверждают, что его оживили при помощи лекарства, которое на вкус было как мед, откуда пошла пословица: «Главк воскрес, испивши меда»[5].

Апулей упоминает обряды воскрешения, которые якобы проводил египетский пророк Захия [sic!][6]: «Пророк, которого тронули эти мольбы, положил какую-то травку на уста покойнику, другую — ему на грудь. Затем, повернувшись к востоку, начал он молча молиться священному Солнцу, поднимавшемуся над горизонтом, всем видом своим во время этой сцены, достойной глубокого уважения, как нельзя лучше подготовив внимание присутствующих к чуду. <…> И вот уже начинает вздыматься грудь, вены спасительно биться, уже духом наполняется тело; и поднялся мертвец, и заговорил юноша»[7].

Если все это правда, то, верно, души умирающих иногда скрываются в теле, подавленные неистовым потрясением и отрешившиеся от всех телесных действий, так что из тела уходят и жизнь, и чувство, и всякое движение. И все же человек не умирает по-настоящему, но лежит бездыханным и долгое время кажется мертвым.

Нередко во времена эпидемий бывает и так, что умершего приносят хоронить, а он оживает в могиле; то же самое часто случается и с женщинами, страдающими от удушья матки (ex suffocatione matricis)[8]. А рабби Моисей [Маймонид], ссылаясь на книгу Галена, которую этот патриарх перевел, говорит, что такое произошло с мужчиной, который на протяжении шести дней задыхался и не мог ни есть, ни пить, так что артерии его затвердели. В той же книге он пишет о человеке, который так наполнился водой, что лишился пульса во всем теле; сердце его не билось, и он лежал, словно мертвый. Также он утверждает, что человек, упавший с большой высоты, или сраженный ужасным шумом, или долгое время пробывший под водой, может впасть в беспамятство на сорок восемь часов и все это время пролежать, подобно мертвому, и лицо его словно подернется пеплом и позеленеет. И в той же самой книге он [Маймонид] пишет о человеке, которого похоронили через семьдесят два часа после [мнимой] смерти и тем самым убили, потому что при погребении он был все еще жив; и приводит признаки, по которым можно распознать, что человек еще жив, даже если лежит как мертвый и наверняка умрет на самом деле, если ему не помогут кровопусканием или другими средствами[9], что происходит редко. Как мы понимаем, именно этим способом маги и врачи оживляли мертвых, подобно народам марсов и псиллов, которые умели воскрешать людей, укушенных ядовитыми змеями[10].

Потрясения такого рода могут длиться и долгое время, на протяжении которого человек кажется совершенно мертвым, наподобие сонь (gliribus), крокодилов (crocodilis) и многих змей (serpentibus), коорые спят всю зиму, да так глубоко, что даже огнем их порой разбудить невозможно. Я однажды сам видел расчлененную соню (glirem), которая лежала неподвижно, словно мертвая, но отсеченные части ее тела, брошенные в кипящую воду, оказались живыми.

Схожим образом, хоть в это и трудно поверить, но мы читаем подтвержденные рассказы о людях, проспавших долгое время и продолжавших спать много лет. При этом, пробудившись, они не выказывали признаков старения. Плиний свидетельствует об одном мальчике, который устал от жары и ходьбы, заснул в пещере и, как говорят, проспал пятьдесят семь лет. Также мы читаем об Эпимениде Кносском, который тоже проспал в пещере пятьдесят семь лет[11], — откуда и пошла поговорка «спать как Эпименид»[12]. М[арк] Дамаскин писал, что в его время в Германии какой-то уставший крестьянин проспал под стогом сена целую осень и зиму и продолжал спать. На следующее лето, когда сено постепенно было съедено, его нашли проснувшимся, но как бы полумертвым и не в своем уме[13]. Историки церкви подтверждают рассказ о семи спящих [в Эфесе], проспавших 196 лет[14]. В Норвегии, как пишут Павел Диакон и мученик Мефодий, есть пещера на высоком морском берегу, где семеро мужей покоились долгое время безо всяких признаков тления, и на людей, что приходили и пытались потревожить их сон, напала сухотка; убоявшись этой кары, люди впредь не решались причинять спящим вред[15].

Ксенократ же, не последний из философов, полагал, что такой долгий сон есть своего рода природная кара, заслуженно назначенная некоторым душам на веки вечные. И сам М[арк] Дамаскин доказал, что на то есть множество возможных причин, всецело естественных, и отнюдь не считал нелепым, что некоторые могут проспать много месяцев, обходясь без пищи и питья, не испражняясь и не подвергаясь распаду и тлению. Известно также, что многие люди — будь то из-за выпитого яда, от болезни, от сильного испуга или по другим подобным причинам — засыпали на много дней, лет или месяцев соответственно напряжению или ослаблению сил своей души.

Кроме того, врачи утверждают, что есть особые противоядия, такие, что если принимать их самыми малыми дозами (minimam portiunculam), можно долгое время обходиться без пищи, подобно тому как Илия получил некую пищу от ангела и смог идти и поститься, «подкрепившись тою пищею <…> сорок дней…»[16]

А Иоанн Бокаций [= Джованни Боккаччо] говорит, что в его время был некий муж в Венеции, который каждый год воздерживался от пищи в течение сорока дней[17]. Что еще более удивительно, в то же время в Нижней Германии жила женщина, не принимавшая пищи тридцать лет, что и впрямь может показаться невероятным, если бы только не подтверждалось недавними событиями — подлинным чудом нашего века, а именно, деянием гельветского брата Николая Саксонца, который прожил в скиту до самой смерти двадцать два года и все это время обходился без пищи. Чудесен и описанный Теофрастом случай с неким мужем по имени Филин: тот не ел и не пил ничего, кроме молока[18]. А у других достойных авторов мы читаем о некоем спартанском растении (herbam quandam spartanicam), при помощи которого скифы могли обходиться без пищи и питья по двенадцать дней, просто отведав его или подержав во рту[19].

 

 

[1] Источник текста от начала главы и до этого места — «Книга о душе» Авиценны, VI.4.2.

[2] Источник текста от слов «Так, Плиний пишет…» и до этого места — «Естественная история» Плиния: «Консуляр Авиола вновь ожил на погребальном костре, но сгорел заживо, так как из-за очень сильного пламени ему не смогли помочь. Рассказывают, что подобный случай произошел и с бывшим претором Л. Ламией. Но занимавший должность претора Г. Элий Туберон был возвращен с погребального костра <…>. …в Риме Корфидий, муж своей тетки, после того как похороны уже были организованы, ожил <…>.

Во время Сицилийской войны Габиен, очень храбрый моряк Цезаря, взятый в плен Секстом Помпеем, пролежал на берегу целый день, после того как ему, по приказу последнего, была перерезана шея так, что она едва соединялась с телом. Позднее, когда наступил вечер, стонами и мольбами он просил собравшуюся вокруг него толпу людей передать Помпею, чтобы он сам к нему пришел или послал кого-нибудь из своих приближенных, так как он вернулся из преисподней и хотел бы кое-что сообщить. Помпей послал многих из своих друзей, которым Габиен сказал, что подземным богам нравятся благочестивые планы Помпея, поэтому они исполнятся по его желанию. Это велено было ему сообщить, а в доказательство истины он тотчас после исполнения поручения испустил дух» (VII.53, пер. А. Маркина).

[3] Согласно греческим мифам, Тиндарея, царя Спарты, воскресил бог врачевания Асклепий. Геркулес (Геракл) был после смерти преображен в божество и возведен на Олимп. Братья-близнецы Палики родились от союза Зевса и музы Талии; страшаясь гнева ревнивой Геры, Талия взмолилась, чтобы земля укрыла ее сыновей, и те исчезли в расселине. Спустя некоторое время земля разверзлась снова и выпустила братьев на свет. После этого Паликов стали почитать как богов двух серных источников около Этны.

[4] См. стр. &.

[5] Источник текста от слов «Пишут также о некоем Главке…» и до этого места — «Пословицы» Эразма Роттердамского (II.8.32). У Аполлодора миф о воскрешении Главка, сына критского царя Миноса, изложен иначе: «Главк же, будучи еще ребенком, гоняясь за мышью, упал в бочку с медом и погиб. Когда Главк исчез, Минос стал его повсюду искать. Он обратился к гадателям, и куреты ответили ему, что среди его стад бродит трехцветная корова и тот человек, который подыщет наилучшее сравнение для определения цвета этой коровы, сумеет вернуть ему сына живым. Созвали гадателей, и Полиид, сын Койрана, сравнил цвет шкуры этой коровы с плодом ежевики. Его заставили отправиться на поиски Главка, и он нашел его, применив средства гадания. Но Минос потребовал, чтобы тот вернул его сына к жизни, и заключил его вместе с трупом сына в темницу. Оказавшись в великом затруднении, Полиид вдруг увидел змею, подползающую к трупу. Бросив в нее камень, он убил ее, опасаясь, что и ему не выжить, если что-нибудь случится с телом Главка. Но тут подползла другая змея и, увидев первую змею мертвой, уползла. Затем она вернулась, принеся с собой целебную траву и стала покрывать ею все тело убитой. Как только она это сделала, змея ожила. Пораженный увиденным, Полиид приложил эту же самую траву к телу Главка и воскресил его» («Мифологическая библиотека», III.3.1, пер. В. Боруховича).

[6] Имя пророка у Апулея — Затхлас.

[7] Апулей, «Золотой осел», II.28—29, пер. М. Кузмина.

[8] Средневековые название истерии у женщин, причиной которой считалось заболевание матки. Ср. в «Естественной истории» Плиния: «Женский пол, кажется, особенно подвержен этому недугу [т.е. летаргическому сну] при повороте матки, но если она выпрямляется, то жизнь снова возвращается (VII.52, пер. А. Маркина).

[9] Источник текста от слов «А рабби Моисей…» и до этого места — «Афоризмы» (24) Моисея Маймонида — труд, основанный на сочинениях Галена.

[10] Об италийском народе марсов и об африканском народе псиллов упоминается в «Аттических ночах» Авла Геллия: «…марсам, по крайней мере тем, чьи семьи пока еще не породнились с чужими и не испорчены, некой родовой силой было дано искусство укрощения ядовитых змей и чудесного исцеления пением и соком трав. Такой же силой, как мы видели, наделены люди, которые называются псиллы» (XVI.11, пер. А. Тыжова).

[11] Источник текста от слов «Плиний свидетельствует…» и до этого места — «Естественная история» Плиния: «Нечто подобное я узнал и от Эпименида из Кносса, который сообщает, что он, будучи мальчиком, сильно устав от жары и ходьбы, проспал в пещере 57 лет, а когда проснулся, удивился изменению окружавших его вещей, как будто пробудился на следующий день. После этого за такое же количество дней [т.е. за 57 дней] он превратился в старика, однако прожил 157 лет» (VII.52, пер. А. Маркина). Агриппа разделяет эту историю на две, якобы произошедшие с разными людьми.

[12] Источник этой поговорки — «Пословицы» Эразма Роттердамского, I.9.64.

[13] Источник текста от слов «М[арк] Дамаскин писал…» и до этого места — ныне утраченный некромантический трактат Марка Дамаскина «О разнообразных и удивительных свойствах живых существ».

[14] Легенду о семи спящих в Эфесе впервые приводит Григорий Турский в своей книге «О славе мучеников» (конец VI в.), упоминая, что перевел ее с сирийского языка на латынь. Легенда повествует о семерых братьях-христианах, живших в Эфесе при императоре Деции (правил в 249—251 гг. н.э.) и отказавшихся отречься от своей веры. Скрываясь от гонений, они спрятались в пещере, помолились Богу и уснули долгим сном, а вход пещеру был завален камнями. Много лет спустя, в 447 году н.э., местный крестьянин открыл вход в пещеру, и семеро спящих проснулись: «Господь послал тем семи мужам дыхание жизни, и они воскресли, думая, что проспали всего одну ночь…». Побеседовав о Боге с христианским императором Феодосием, они «…снова легли на землю и уснули, а когда император Феодосий захотел сделать им золотые гробницы, то был извещен в видении не делать этого. Так до сих пор те мужи, облаченные в шелковые и льняные одежды, покоятся в том месте» (96). Эта легенда пересказывается во многих источниках, в том числе и в Коране (сура 18 под названием «Пещера»), где спящие в пещере в юноши представлены как мусульмане.

[15] Источник текста от слов «В Норвегии, как пишут…» и до этого места — «История лангобардов» Павла Диакона: «На удаленнейших западных пределах, на морском берегу, под высокой скалой виднеется пещера где семь мужей — никто не ведает сколько времени — покоятся в долгом сне, сохранившиеся не только телом, но и одеждой, так что именно поэтому, из-за того, что они столь долгие годы оставались совершенно нетленными, они находятся в большом почете у тех грубых и тупых народов. Исходя из их одежды, их можно принять за римлян. Когда кто-то из дерзости возжелал одного [из них] обнажить, [то] вскоре у него отсохли руки и эта кара распространила такой страх, что с той поры никто более не решался прикоснуться к ним» (I.4, пер. Т. Кузнецовой).

[16] III Цар. 19:8.

[17] Источник этой отсылки к Боккаччо — труд Франческо Петрарки «Книга достопамятных вещей», 121.

[18] Источник текста от слов «Чудесен и случай…» и до этого места — «Античные чтения» Ц. Родигина, VI.35.

[19] См. примеч. & на стр. &.

© Перевод: Анна Блейз, 2020

Ссылки